ya_palomnik
Введение
Foreword

Для веб-мастеров. Пользуюсь хостингом в Германии 3 года. Рекомендую, нареканий нет.
Татары за рубежом Районы Татарстана Статьи Старые фото городов
Татары в России Районы Башкортостана Известные люди Кухня народов

Главная | Статьи | Аулы мензелинских башкир

Аулы мензелинских башкир

Асфандияров А.3. - Уфа: Китап, 2009 г.

Книга познакомит читателя с краткой историей башкирских населенных пунктов Енейской, Байлярской, Булярской, Гарейской, Еланской, Иректинской, Киргизской, Сарайли-Минской и Юрмийской волостей Мензелинского, Бугульминского, Елабужского и Сарапульского уездов 4 губерний до 1913-1920 гг.

Оренбургская губерния округою своею занимает по большей части такия места, где прежде сего, кроме башкирскаго народа, никакова поселения не было... 1766 г.

Князь А. А. Путятин

Оренбургский губернатор

Введение

В последние десятилетия заметно возрос интерес людей к истории своего народа, его происхождению и функционированию. Их стали интересовать семейные шежере - родословные, составляемые представителями той или иной фамилии на основе устных информативных и архивных материалов.

Такой интерес, в свою очередь, вызвал большой спрос на историко-краеведческую литературу. Наряду с обобщающими трудами издаются учебники, пособия по истории и культуре того или иного региона Республики Татарстан. Однако они не могут ответить на многие вопросы читателей. Поэтому возникла необходимость создания и издания книг, сборников документов и статей по истории населенных пунктов, где бы содержалась информация о времени их возникновения и развития, об их основателях и хозяйственной деятельности населения. Появляются энциклопедии («Татарская ...» и «Альметьевская»), сборники статей. Вместе с тем по истории населенных пунктов районов РТ справочные издания отсутствуют.

Предлагаемая читателю книга называется «Аулы мензелинских башкир», хотя она включает сюжеты населенных пунктов и Бугульминского, Елабужского, Сарапульского уездов. Название ее намного уже, чем содержание. Называется книга так, потому что представители потомков переселенцев, оказавшись в Башкирии, по сегодняшний день убеждены в том, что они прибыли в этот край «с мензелинской стороны», хотя некоторые из них точно знают конкретные места выхода предков.

История башкирских населенных пунктов вышеупомянутых уездов практически не изучена. Об этом свидетельствует отсутствие специальных монографий и книг. Время от времени появлялись статьи по истории той или иной деревни. Они разбросаны по разным журналам и сборникам.

В «Татарской энциклопедии» в алфавитном порядке даются краткие сведения о всех населенных пунктах РТ. Общая схема подачи материалов следующая: дата их основания, количество жителей не в этническом, а только в сословном отношении (например, «В XVIII-XIX вв. в сословном отношении жители делились на башкир-вотчинников и тептярей». ТЭ. Т. 1. С. 25), их занятия и административная подчиненность. При этом нигде не указывается и не называется башкирская поземельная волость, а лишь административно-территориальная по названию населенного пункта - центра последней, возникшей после реформы 1865 г. Затем приводятся статданные о численности населения. Интересно отметить, что по всем селениям вначале (за 2000 г.) дается численность жителей (с указанием в скобках их национальности) как татары: на 2000 г. - 909 жителей (татары). Тем самым подразумевалось, что за все годы переписей за все века в Абсалямове, например, проживали одни лишь татары. Между тем отметим, что в 1795 г. там учтены 62 башкира, 74 тептяря, среди последних были не только татары.

По мнению авторов статей ТЭ, башкиры - сословие, а не этнос, причем слово башкиры берут в кавычки. А у татар же имелись ясачные, служилые, чемоданные, лашманные, торговые сословия. А где же в таком случае татарский этнос? Не очевидно ли, что сословия формировались на основе этносов. Автором последней версии является Д. М. Исхаков. Все другие его просто повторяют. К их числу относятся главный редактор «Альметьевской энциклопедии» Р. X. Амирханов, филолог М. И. Ахметзянов, историк А. И. Ногманов, уфимец М. И. Роднов (для него, как и для других, башкир нет, а есть «башкиры»).

По истории деревень работ, как говорилось выше, почти нет, но суждений о жителях предостаточно.

В «Альметьевской энциклопедии» (с. 115-120) историк А. И. Ногманов голословно в утвердительной форме говорит о том, что в Альметьеве «башкиры» появились в конце XVIII в. (он как будто не знает, что до 1795 г. они по душам вообще не учитывались), причем «башкиры» - «не этнические башкиры». «Открытием» для историков является его утверждение о том, что якобы русские «башкирами» называли население только по обе стороны Урала. Раз они взяты в кавычки, и здесь не было никакого башкирского этноса.

В той же энциклопедии И. Р. Габдуллин и М. И. Роднов в статье «К истории формирования населенных пунктов» (С. 98-108) сначала обратили внимание на историю возникновения лишь двух-трех деревень, затем занялись обоснованием чужого тезиса, что они были основаны не на башкирской вотчинной земле (как будто на пустолежащей территории будущей Надыровой волости, между прочим изъятой властями у двух башкирских волостей, о чем умалчивают не только эти авторы). Башкирского этноса здесь нет, а есть «башкиры». В этом твердо уверен и Роднов, хотя не представил ни единого доказательства.

Р. X. Амирханова заинтересовали вопросы об основании д. Альметьево и ее первопоселенце. По его мнению, основателем ее был 23-летний мулла Альмет Сеитов, поэтому деревня носит его имя. Однако не имевший никаких заслуг перед аульной общиной, только что ставший духовным наставником, Сеитов никак не мог основать селение с его именем. Название поселения тесно связано с именем давно известного в округе человека. Таковым был Альмет мулла Каратаметов - проправительственный духовный деятель.

В работах Д. М. Исхакова и М. И. Ахметзянова, соревнующихся ссылками друг на друга, абсолютно все западные башкирские племена и роды (волости с 1586 г.) объявляются не башкирскими по той простой причине, что при формировании вотчинников приняли участие иштяки (самих башкир, между прочим, казахи так и называли), ногаи, татары, частично финно-угры. По источникам, однако, более известны ногаи, как фигуранты этого процесса. Здесь же отметим, что другие народы как будто были однокомпактными, что у них не было никаких сословий.

Наиболее надуманными являются тезисы Д. М. Исхакова о замещении этнического содержания термина «башкиры» сословным и об окончательной утере этнического смысла понятия «башкиры» после включения в 1855 г. тептярей в башкиро-мещерякское войско. Считает, что тептяри после 1855 г. стали именоваться «новыми башкирами». Однако последних не учитывала почти ни одна перепись (единицы - да), причем тептяри указывались сословием, а башкиры - этносом. Процесс исчезновения этнического смысла понятия «башкиры», по его мнению, наиболее характерен для Мензелинского уезда Уфимской губернии, Бугульминского уезда Самарской губернии, Елабужского и Сарапульского уездов Вятской губернии.

Да будет известно автору, что «новыми башкирами» называли некоторых тептярей не в 1855-1865 гг., а в конце 90-х гг. XIX - начале XX в. Они учитывались отдельно от башкир (вотчинников и припущенников). В начале XX в. они вошли в состав «бывших припущенников военного звания», получивших надельные участки по 30 дес. на душу мужского пола, как и башкиры-припущенники (тоже военного этнонима «башкорт», башкиры - не самостоятельный народ, а только сословие татар. Между тем этноним этот известен с VIII-IX вв., в последующее время в арабско-персидских источниках Средневековья, в русских летописях, даже в официальных документах, исторических работах он часто применялся.

Башкиры - единственный народ Урало-Поволожья, который с древних времен до наших дней сохранил свой этноним. Этноним «татары» известен здесь с XIII в., мари называли черемисами, удмуртов - вотяками, арами и т. д. Точно также обстоит дело с термином «Башкирия», хотя административной единицей он не являлся. Такое можно наблюдать и по другим регионам России. В каких уездах и губерниях вы, например, найдете термины «Чувашия», «Татария», до начала XX в. - нигде. Между прочим У. X. Рахматуллин, на работу которого часто ссылаются Д. М. Исхаков и др., в статье «Соотношение понятий «Башкирия» и «Оренбургская губерния» вполне справедливо утверждал, что термин «Башкирия» возник за несколько столетий до таких понятий, как «Чувашия», «Удмуртия» или «Татария».

На необъективные и бездоказательные тезисы Д. М. Исхакова о том, что татары являются коренным населением Башкирии, а башкиры представляют собой сословие татар, представители самих татар дали ему как бы ответ следующим образом. Ясачные татары Уфимской провинции своими наказами обращались с просьбой в Уложенную комиссию 1767-1768 гг. об освобождении их от оброка в пользу башкир на основании указа от 11 февраля 1736 г., поскольку они «поселились на башкирских вотчинных землях из условий платить оброк вотчинным башкирцам». Мишари и служилые татары Уфимской же провинции признавали, что «Перешли из разных губерний и уездов в разных годах в Уфимской уезд и поселились по припуску башкирцов на их вотчинных землях с платежом по договору оброка за поселение».

Выходит, что все сословия татар в Башкирии являлись припущенниками башкирских волостных общин. Здесь мы не видим вотчинников из татар, которые бы, как коренные жители, принимали бы других звания). Затем термин «новые башкиры» исчезает из официальных бумаг. Причина: возвращение их в свое тептярское сословие. Никакой масштабной инфильтрации их в башкирский этнос не произошло. Об этом очень ясно говорят материалы Подворной переписи 1913 г., в которой учитывались тептяри (как сословие) и башкиры (как этнос - «народность») не вместе, а раздельно.

Ошибочным является утверждение автора о том, что термин «башкиры-вотчинники» во второй половине XVI—XIX в. якобы использовался в русских административных учреждениях для обозначения населения только северо-западной части Южного Приуралья. Однако термин этот был известен на всех территориях, где проживали башкиры: от Перми на севере до среднего течения р. Яика (Урала) на юге, от р. Тобола на востоке до среднего течения р. Волги на западе, включая бассейны р. Ик, Камы и других мелких речек.

При формировании любого народа участвовало много компонентов, затем полностью ассимилированных основным его ядром. Поэтому постоянное упоминание автором многокомпактности башкир-вотчинников даже в XVII-XIX вв. - полный абсурд.

Башкиры состояли из вотчинников - владельцев общинных земельных угодий и из башкир-припущенников, потерявших по разным причинам право на владение землей и принятых своей или чужой волостью на условиях уплаты денежнего оброка в 10-25 коп. со двора в год. Правом владения, продажи и отдачи в аренду земель пользовались только вотчинники. Широко использовался институт припуска крестьян-переселенцев. Заявление того же автора о том, что пришлое население в Башкирии, проживавшее на правах припущенников, стремилось записаться в «башкирское звание», чтобы раствориться в их среде, не соответствует действительности, поскольку такое стремление их крайне редко удавалось реализовать. Тезис этого автора об увеличении башкир-вотчинников в XVII-XVIII вв. за счет ясачных татар висит в воздухе, поскольку он не приводит ни одного подтверждающего факта, примера, потому что они отсутствуют вообще.

На основе этих ошибочных тезисов и положений Д. М. Исхаков давно рекомендует объявить частью татарского этноса все группы населения восточных районов РТ, именовавшиеся в документах «башкирами» (в источниках кавычек нет) не только в XIX - начале XX в., но и в более ранний период.

М. И. Ахметзянов и Д. М. Исхаков вопреки фактам и источникам стали выдавать желаемое за действительное. Отрицается существование в свои общины на основе припуска. Все сословия татар в экономическом (оброк) и социальном (припуск на вотчину) отношениях зависели от башкир - владельцев земель. Все это начисто отвергает тезисы вышеупомянутых авторов.

Вывод этот усиливается нижеследующими фактами о захвате пришлыми вотчинных земель и о высылке по указу башкирами (хотя часть из них выступила против этой акции) всех беглых из числа представителей народов Поволжья в места их выхода. В грамоте 1694 г. из Приказа Казанского дворца в Москве Уфимскому воеводе Д. Н. Головину об ограждении вотчинных прав башкир и о запрещении отдавать их земли и угодья пришлым людям в оброк, в тягло и в службу говорится, что «в недавных годах на тех башкирских старинных вотчинах и во всяких угодьях поселились пришлые русские люди и татара, и чуваша, пришед из Казанского, из Тобольского и из Кунгурского уездов и из Соловарного городка; и те пришлые русские люди, и татара, и чуваша, и черемиса (мари), и вотяки (удмурты) на их старинных вотчинах многая деревни поселили, пашни распахали и сено косят, лес много рубят, всякие звери ... отошли, бобровые гони запустели, скотины выпускать стало негде, ясаку и всяких податей платить стало им нечем».

1722 г. «Казанские дороги Киргиские волости башкирцы подали доношение: радея де они его императорского величества из своих волостей пришлецов с посланными от него (Д. Н. Головина) выслали многое число, тако ж которые впредь явятца, высылать будут без утайки».

Сенат выразил «похвалу» полковнику Д. Н. Головину, который выполнил его поручение по возвращению беглых крестьян в свои прежние места жительства, «производившему отобрание беглых от башкир и выселять мещеряков и прочих беглецов из Уфимского уезда на прежние их жилища, и о том бы послать указ к воеводе».

В выписке из просительных писем башкир Уфимского уезда, сделанной в Коллегии Иностранных дел от 1728 г. в 5-м пункте, указано: «По указу его и. в. велено им башкирцам беглых казанских татар, которые у них жили, возвратить в прежние их жилища, и оных они и возвратили, а ныне живут на их земле беглые татара Яиклыч с товарищи. И чтоб тех татар от них выслать в прежние их жилища, и о том бы послать указ к воеводе».

Прошение подписали и представители Баилярскои, Булярскои, Гарейской башкирских волостей Казанской дороги.

Каждому, кто знаком с идеями и тезисами Д. М. Исхакова, становится ясным, что в восточных районах РТ до 1917-1920 гг. башкирского населения якобы вообще не было. Следовательно, передача 4 уездов Уфимской, Самарской, Вятской губерниий ТАССР - явление закономерное. Теперь свои взоры можно направить и на восток от РТ. Его пером ясно и открыто написано следующее: «В силу определенной негативной политики Центра, направленной на ослабление позиций ТАССР (образована лишь два года тому назад), в 1922 г. БАССР были переданы Белебеевский, Бирский, Уфимский уезды Уфимской губернии». Как видите, здесь пахнет голой политикой с территориальными претензиями, ничего общего не имеющей с наукой и с этикой настоящего ученого. На эти ошибочные взгляды историка обратил особое внимание И. Г. Акманов, аргументированно разобрав его идеи, пришел к выводу о том, что они «научно несостоятельны, политически - реакционны».

Таким образом, по истории сел и деревень Мензелинского уезда Оренбургской губернии, Бугульминского уезда Оренбургской (с 1850 г. - Самарской) губернии, Елабужского и Сарапульского уездов Вятской губернии крупных работ не найти. Зато о жителях, их происхождении, как выше видели, много однотипных статей и книг, где проводится лишь одна точка зрения - это бездоказательные тезисы Д. М. Исхакова и М. И. Ахметзянова.

Данная работа написана главным образом на основе архивных и опубликованных источников.

Тематически они выглядят следующим образом. Вопросы демографии. В Российском государственном архиве древних актов в Москве (РГАДА) в фонде 350 (Ландратские книги и ревизские сказки). Оп. 2. Д" 3801 дана численность тептярей, бобылей, ясачных и служилых татар, марийцев, мишарей, мещан, чувашей в этнически смешанных деревнях за 1762 г. 1-4-й ревизиями 1719-1783 гг. башкиры не учитывались. С 5-й ревизией 1795 г. фиксация башкир стала правилом. Первые две ревизии учитывали души мужского пола по вышеперечисленным этносам и сословиям (тептяри). Остальные ревизии включали и женскую половину семьи по именам и возрастам. Башкирский этнос был представлен двумя сословиями: башкирами-вотчинниками и башкирами-припущенниками, т. е. бывшие вотчинники, лишенные права на владение землей. Точно также и марийцы, удмурты, чуваши - двумя сословиями: ясачными и тептярями; татары в Башкирии имели 5 сословий: ясачные, служилые, лашманные, торговые и чемоданные (возили почту и «эстафеты»). У мишарей было одно сословие - служилое. Этносы и сословия сохранились до 1917 г. только с некоторыми изменениями в названиях: тептяри, башкиры-припущенники, часть представителей угро-финских народов в официальных бумагах назывались «припущенниками военного звания», ясачные татары - «припущенниками бывшими госкрестьянами». (См. Алфавит волостей и селений Уфимской губернии. Уфа, 1902; Западные башкиры по переписям 1795-1917 гг. Уфа, 2001. С. 454-166 (Мензелинский уезд).

В РГАДА в фонде 1355 «Экономическое примечание к Генеральному межеванию Мензелинского (Д. 929. Л. 60-254) и Бугульминского (Д. 1874. Л. 84-295) уездов Оренбургской губернии, по 5-й ревизии 1795 г., даны сведения о количестве дворов, численности жителей башкирских и смешанных башкирских деревень по этносам и сословиям.

Сведения о тептярях Бугульминского уезда за 1795 г. содержатся в фонде И-138 (Он. 2. Д. 24) ЦГИА РБ.

По другим годам материалы 7-10-й ревизий хранятся в Центральном государственном историческом архиве РБ. В фонде И-138 (Оп. 2. Д. 291-292) имеются статданные о численности всех жителей по деревням и юртам 11 -го кантона (Мензелинского и Бугульминского уездов) за 1816 г. Точно такого же характера сведения за 1834 г. с указанием номеров юрт, кантона, а также названий тюб башкирских волостей содержатся в том же фонде в делах 408 и 468. В тексте книги приводятся данные о каждой семье каждой деревни Мензелинского уезда с указанием имен и фамилий, возрастов глав семей, их сыновей.

Сведения по той же 8-й ревизии 1834 г. имеются и в фонде 414 (Д. 329) Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА) в Москве. Здесь же указаны ориентиры деревень, где они располагались, расстояние до уездного центра, этносы и сословия, вероисповедание жителей, наличие мечетей, кузниц, кабаков, мельниц, ульев, бортей, количество домов, численность душ обоего пола и количество земельных угодий в десятинах и поголовья скота.

Последняя 10-я ревизия в России проводилась в 1859 г., материалы которой имеются в делах 753, 754, 755 того же фонда И-138.

Далее по демографии населенных пунктов были использованы опубликованные справочные книги:

     1) Уфимская губерния. Список населенных мест по сведениям 1870 года (СПб., 1877; переиздание под названием «Населенные пункты Башкортостана. Ч. 1. Уфимская губерния 1877 г.» Уфа, 2002).

     2) Сборник статистических сведений по Уфимской губернии. Т. 3. Мензелинский уезд. Уфа, 1899. Имеются статистические материалы, описание деревень с указанием их месторасположения и качества земельных угодий и наделов у разрядов крестьян по данным местных исследований 1896 г.

     3) Алфавит волостей и селений Уфимской губернии. Уфа, 1902 г. содержит численность наличных жителей сел мужского пола с указанием количества дворов по сведениям земства по Белебеевскому, Бирскому, Мензелинскому, Уфимскому уездам Уфимской губернии за 1902 г. (Переиздание: Западные башкиры по переписям 1795-1917 гг. Уфа, 2001. С. 454-466). Там указаны башкиры-вотчинники, безземельные (без прав на вотчину) башкиры, как и все другие припущенники, названы «припущенниками военного звания». В этом «Алфавите волостей и селений...» приводится и количество душ мужского пола по 10-й ревизии 1859 г.

     4) Немало сведений об общем количестве всех жителей, о хозяйстве жителей, о местонахождении поселений содержится в сборнике «Полный алфавитный список всех населенных мест Уфимской губернии». Уфа, 1906.

В мае-июне 1912 г. по всей Уфимской губернии была произведена подворная перепись крестьянского хозяйства. Проведена колоссальная по масштабам работа экспедиционными партиями из 100 с лишним человек во главе с 8-10 специалистами, достоверные итоги которой опубликованы в виде статистических таблиц на 1844 страницах. Их добротные сведения носят уникальный характер, если иметь в виду отсутствие данных по сельскохозяйственной переписи за июнь-август 1917 г. по Мензелинскому уезду, еще не выявленных к настоящему времени. Поэтому ценность и значимость подворной переписи вдвойне возрастают, с лихвой не только компенсирующей, но и превосходящей по информативности сельскохозяйственную перепись 1917 г. Большую ценность представляет выделение не только разрядов - сословий крестьян, но их национальности (в документе «народности»).

О хозяйстве. Большую услугу при освещении хозяйства башкир автору оказала «Ведомость о посеве хлеба (ярового и озимого) в кантонах Башкиро-мещерякского войска за 1842 г.». В ней по каждой деревне имелось общее количество жителей и душ обоего пола.

О сведениях по хозяйству в башкирских или смешанных населенных пунктах за тот же год, содержащихся в деле 329 фонда 414 РГВИА в Москве, выше уже говорилось.

О припуске выходцев из Поволожья в башкирские вотчинные земли на определенных условиях немало материалов можно найти в «Материалах по истории Башкирской АССР» (МИБ) (Ч. 1. М.; Л., 1936; Т. 3. М.; Л., 1949; Т. 4. Ч. 1. М., 1956; Т. 4. Ч. 2. М., 1956; Т. 5. М., 1960; Т. 6. Уфа, 2002 (Материалы по истории Башкортостана). В них содержатся тексты купчей и арендной записей.

Об этом же имеются тексты договоров сторон или упоминание их в фондах И-10 (Уфимское губернское по крестьянским делам присутствие) и И-172 (Комиссия для наделения землей вотчинников и их при-пущенников). В тексте работы для удобства «И» не применяется.

В фонде 172 (Оп. 1. Д. 20 и др.) ЦГИА РБ имеются сведения, например, по д. Сюекеево о башкирах-припущенниках из д. Акменеево Байлярской волости, принятых в 1705 г. башкирами Булярской волости; здесь же есть информация о припуске крестьян из татар в д. Сюекеево Булярской волости по договору сторон от 1794 г. Тогда же ими были приняты припущенники, ставшие тептярями.

Башкиры-припущенники в статьях и книгах вышеупомянутых историка Д. М. Исхакова и филолога М. И. Ахметзянова ошибочно понимаются как вакуум, куда стекались все небашкиры. Между тем социальное положение башкир-припущенников довольно точно и ясно раскрывалось во многих делах вышеназванных фондов (И-10, И-172) ЦГИА РБ. Например, башкиры-припущенники, по словам тептярей, - «перешедшие из разных башкирских волостей башкирцы». Они же указали вокруг себя - своего селения названия деревень, где проживали припущенники из башкир. Вот они: Агбезово, Амекеево, Апачево, Ахуново, Буляры Черемисские, Сеитово, Сап(ф)арово, Уразметево, Челнанарат. Конкретный материал о башкирах-припущенниках по отдельным деревням читатель найдет в основном разделе данной книги.

А сейчас лишь укажем дело 10-го фонда за 1879 г., где видно отношение губернских властей (Канцелярия Оренбургского генерал-губернатора) к башкирам-припущенникам. Там сказано следующее, несовместимое с утверждениями названных выше исследователей: «По вопросу о наделении земель башкир-вотчинников, проживающих не в собственной даче (волости), а в другой на правах припущенников, губернатор находит, что по указу 1832 г. о земле и положению от 10 февраля 1869 г. в числе военных припущенников поименованы мещеряки, тептяри, бобыли и так называемые башкиры, т. е. башкиры, которые проживают в чужих башкирских же дачах». По законам всех наделили земельным участком по 30 дес. на душу мужского пола, по 7-й ревизии 1816 г. Бывшие вотчинники, но настоящие припущенники в чужих башкирских поземельных дачах, при случае возвращения на свою вотчину в свою деревню должны были представлять копии жалованных и сберегательных грамот бывших своих волостей и «родословную роспись, указывающая происхождение истца от известнаго предка» того рода - волости. Заранее отметим, что немногие припущенники из башкир смогли восстановить свое владельческое право на землю, многие же из них оставались припущенниками, пользовавшимися чужими землями с условием уплаты денежного оброка.

Башкиры-вотчинники (асаба) присутствуют во всех делах и фондах местного и центральных архивов, имевшие владельческие права на общинные земельные угодья, которыми свободно распоряжались, отдавали в аренду, припускали на определенный срок безземельных башкир, татар, мишарей, представителей финно-угорских народов на свои повытья (паи, жеребьи) за определенную плату. Вышеупомянутые авторы сознательно искажают социальную сущность башкир-вотчинников, взяв слова в кавычки, якобы вобравших в себя татар по их стремлению (претворить последнее в жизнь - дистанция огромного размера). В среду вотчинников могли попасть единицы из небашкир, поскольку чистых и однородных народов не было ни в одном обществе. Но вотчинное право защищало, оберегало, объединяло, в целом консолидировало башкир, поэтому они сохранились как народ. Все те, кто припускался на территорию деревенской и волостной общины, становились башкирскими припущенниками, но не башкирами-припущенниками (например, мещеряки-припущенники, черемис-припущенник, вотяк-припущенник, ясачный татарин-припущенник и т. д.). Припущенник выходил из своей деревенской общины (коллектива). Из припущенника формировался тептярь (считают, что термин происходит от персидского дэфтэр, что означает «запись, тетрадь»), который выходил из состава своего этноса - народа, заключив запись или договор с башкирами-вотчинниками. Так возникло сословие, состоящее из представителей башкир, татар, редко мишарей, немало марийцев и удмуртов. Таким образом, тептярь дважды выходил из коллектива: из деревенской общины и из своего этноса.

Формирование тептярского сословия произошло в 30-90-х гг. XVIII в. Оно образовалось только на башкирской вотчинной земле. Там, где вотчина башкир - там и тептяри. Первые и последние, по Подворной переписи 1912-1913 гг., учтены отдельно, тептяри не ассимилированы башкирами, как пишут отдельные авторы.

В фонде И-2 (Канцелярия Оренбургского генерал-губернатора) ЦГИА РБ немало дел касается вотчинного права башкир. В частности, в деле 13022 (Оп. 1) Оренбургский и Самарский генерал-губернатор генерал от инфантерии А. П. Безак в 1864 г. писал, что «Они (башкиры) одни во всем нашем государстве владеют землею на вотчинном праве. Им в другом месте нигде даром земли не дадут и даже у казаков земля казенная, им не принадлежащая, которую они ни продавать, ни отдавать в кортому не могут, а башкирам все это дозволено законом».

О вотчинном праве башкир актовые материалы содержатся в Полном собрании законов Российской империи (ПСЗРИ) первого и второго издания (ПСЗРИ-1, ПСЗРИ-2). Оно - это право - признавалось и подтверждалось русскими царями. Все их указы 1649 г. (Соборное уложение), 1818, 1863, 1865 и др. годов упоминаются в основном тексте данной книги.

Шежере - родословная содержит немало сведений о жителях рода -волости, о добровольном принятии русского подданства, о населенных пунктах. Много другой информации по истории волостей имеется в «Башкирском шежере», составленном и опубликованном Р. Г. Кузеевым (Уфа, 1960), и в книге «Башкирские родословные», составленной и переведенной на русский язык Р. М. Булгаковым и М. X. Надыргуловым (Уфа, 2002). Родословные Байлярской, Булярской, Иряктинской и др. волостей включают в себя и различные грамоты, полученные в разных годах от русских царей.

Жалованные, сберегательные, подтвердительные грамоты башкирским поземельным волостям или их подразделениям - тюбам или аймакам рассматриваются особо, отдельно перед текстом о населенных пунктах. Тексты грамот или их отрывки сохранились в разных фондах разных архивов, которые ниже приводятся по годам их выдачи.

Цель настоящего издания - на основе анализа источников и литературы вкратце проследить историю башкирских населенных пунктов Мензелинского (с 1865 г. Уфимской губернии), Бугульминского (с 1851 г. Самарской губернии) уездов Оренбургской губернии, Елабужского и Сарапульского уездов Вятской губернии. Для ее достижения ставятся следующие задачи:

     1. Охарактеризовать жалованные, сберегательные грамоты русских царей башкирским поземельным родам (с 1586 г. волостям).

     2. Показать месторасположение башкирских волостей и их подразделений с указанием названий каждой из них.

     3. По возможности сделать попытку выяснить время возникновения башкирских населенных пунктов.

     4. Показать этнический и социальный состав жителей деревень и сел.

     5. Обратить внимание на институт припуска, на его суть.

     6. Показать хозяйственные возможности башкир, их культурное развитие.

     7. Показать участие жителей в социально-политической жизни Башкирии и России.

Хронологические рамки данной работы охватывают время выдачи жалованных и других грамот поземельным волостям со второй половины XVI по XIX в. Они завершаются 1913 г., когда проводилась Подворная перепись во всех уездах Уфимской губернии.

Территориальные границы работы ограничиваются рубежами башкирских вотчинных земель, расположенных в Мензелинском, Бугульминском, Елабужском и Сарапульском уездах.


Яндекс.Метрика free counters