ya_palomnik
Сафин Габдельфат Габдурахманович
Safin Gabdelfat Gabdurahmanovich

Для веб-мастеров. Пользуюсь хостингом в Германии 5 лет.
Рекомендую, нареканий нет.
Поиск по сайту

Сафин Габдельфат Габдурахманович

Сафин Габдельфат Габдурахманович

Родился 11 октября 1962 года в селе Симетбаш Арского района Татарской АССР. Деревня находится всего лишь в пяти километрах от деревни Тукай-Кырлай, где Тукай провел свое детство и творил великий поэт.

После окончания Кырлайской средней школы Габдельфат Сафин поступает в Казанский инженерно-строительный институт. Получив специальность инженера-строителя, он решает найти применение своим знаниям на практике, идет работать на стройку, где трудится инженером-строителем и прорабом. Пять лет работает на стройке. Сейчас певец с настольгией вспоминает те добрые времена. Но волею судьбы инженер-строитель стал артистом. Думается, что это было большой потерей для строительной индустрии. "Ак кулмэгем" (муз. И. Давлетшина, сл. Ш. Зигангировой) - песня, которая принесла Габдельфату Сафину огромную популярность. Именно после этой песни он, что называется, проснулся знаменитым.

После чего были новые песни, долгожданные альбомы, шумные концерты, высокие звания... Габдельфат Сафин выпустил около десяти альбомов, исполнил более ста песен, дал множество концертов в Татарстане, Москве, Санкт-Петербурге, Сибири, Оренбурге, Перми, Ижевске, Саратове, Йошкар-Оле, Уфе и т.д.

23 февраля 2001 года указом Президента РТ за заслуги в области татарского исполнительского музыкально-эстрадного искусства Сафину Габдельфату Габдурахмановичу было присвоено почетное звание "Заслуженный артист Республики Татарстан".

Сегодня Габдельфат Сафин не только популярный певец, но и преуспевающий бизнесмен. Вот уже несколько лет он занимается издательской деятельностью. Его газета "Акчарлак" на сегодняшний день является наиболее читаемой среди татарской прессы. Ее подписной тираж 27 тысяч экземпляров. Не отстают от неё и "младшие сёстра" - газеты "Уртак тушэк" (7 тыс. экз.) и "Акчарлак сканворды" (4 тыс. экз.). Габдельфат Сафин - примерный семьянин. Вместе с прекрасной женой Рузилёй (его жена режиссер) они воспитывают дочь Аделю и сына Зульфата. Семья для певца это и опора в трудную минуту, и тыл, и добрый домашний очаг.

Этапы пути:

  • 1980 - окончание Кырлайской средней школы им. Г. Тукая
  • 1987 - окончание КИСИ
  • 1988 - свадьба
  • 1992 - переезд в новую 4-х комнатную квартиру в Казани
  • 1992 - начало работы в Татгосфилармонии им. Г. Тукая
  • 1993 - рождение хита "Ак кулмэгем"
  • 1993 - дипломант конкурса "Татарская песня-93"
  • 1994 - создние студии "Мон" и собственного творческого коллектива
  • 2000 - лауреат премии "Алтын барс" на фестивале "Татар жыры-2000" за исполнение песни "Хыянет"
  • 2001 - лауреат премии "Алтын барс" на фестивале "Татар жыры-2001" за исполнение песни "Сонгы кынгырау"
  • 2001 - начало издания газеты "Акчарлак"
  • 2003 - начало издания газет "Уртак тушэк" и "Акчарлак сканворды"
  • 2003 - лауреат премии "Алтын барс" на фестивале "Татар жыры-2003" за исполнение песни "Азалия"
Источник: www.tatshop.ru

Габдельфат Сафин: «Не сворачивая, иду по своему пути»

Автор статьи: Гамира Гадельшина

Дата: 21.02.2017

Все, что мы, обыватели, подразумеваем под жизнью эстрадной богемы – тусовки заполночь, сны до обеда, бурные корпоративы, интриги – это не о нем. Мало того, он никогда не имел ко всему перечисленному никакого отношения. Такое впечатление, что Габдельфат Сафин и шоу-бизнес существуют в параллельных мирах, даже притом что татарская эстрада живет более строгими измерениями, нежели остальная российская. Да и нечасто сценический образ артиста совпадает с тем, что он представляет собой в жизни. А вот он такой, каким мы видим его на сцене, – интеллигентный, сдержанный, требовательный к слову. Достойный…


– Неужели вы всегда таким были? Не хотелось похулиганить на сцене? Выкинуть что-нибудь эдакое…

– Отчего же? Если я сегодня ассоциируюсь с серьезным исполнителем, так ведь это не всегда так было. Скорее всего, в силу каких-то особенностей характера пришел к тому образу, что сложился на сегодня. Искал себя, нащупывал свою стезю. В молодости позволял себе какой-то шуточный репертуар, легкий и шутливый тон в песне. Вы поймите разницу: есть исконно народные песни, они всегда тепло принимаются татарским зрителем. Но если начнешь петь ему в угоду то, что поется на завалинках, сам слушатель этого не примет.

Я верю в интуицию. Знаю, что нужно моему зрителю. И это понимание только обостряется с опытом. Так же как и растет требовательность к себе. Сегодня музыкальный рынок перенасыщен. Много композиторов, авторов самого разного уровня. Могу прослушать несколько десятков песен, и только одна западет в душу. Вот она и «выстрелит».

Есть исконно народные песни, они всегда тепло принимаются татарским зрителем. Но если начнешь петь ему в угоду то, что поется на завалинках, сам слушатель этого не примет.

– Вы пришли на сцену уже взрослым человеком, состоявшимся. И совершенно не знали мир эстрады…

– Разве что как слушатель. Причем рос на песнях, которые звучали в радиоэфире. Если помните, в далекие советские времена каждый день в полдень шел эстрадный концерт. Там было только то, что прошло через сито худсовета, в который входили именитый композитор, популярный певец, известный автор. Это уж были, что скрывать, отборные песни, настоящие, качественные. И вот я мог, не шелохнувшись, слушать этот концерт весь час, забывая о еде, о делах. Однако и в голову не приходило, что однажды стану частью этого мира. Я выбрал правильный, как мне тогда казалось путь, – пошел в строители, отучился в КИСИ, начал работать на стройке.

– И вдруг в один день Габдельфат понял, что без музыки не может…

– Именно так. Я понял, что не тем занимаюсь. Заставлял себя учиться, через силу окончил институт. Пришел в строительство – к работе душа не лежит. Но ведь я не лентяй, по своей натуре – работяга, дела не боюсь, на печке лежать не буду. И мучил себя вопросом: что же не так? Что, в конце концов, мне нужно, чтобы сосуществовать в гармонии со своей душой и тем, что меня окружает?

Сегодня музыкальный рынок перенасыщен. Много композиторов, авторов самого разного уровня. Могу прослушать несколько десятков песен, и только одна западет в душу.

Если вернуться в юность, то я ведь в родной деревне Симетбаш Арского района, которая находится всего лишь в пяти километрах от Тукай-Кырлая, родины великого поэта Габдуллы Тукая, был первым баянистом. Все праздники, гулянья, посиделки – с моим баяном. А по тем-то временам баянист после председателя колхоза, профкома – главный человек в деревне, авторитетный, уважаемый. Инструмент я любил, играл с удовольствием. И вот после нескольких лет душевных метаний в столице пошел искать в Казани кружок баянистов. Добрался до хора Сары Садыковой. Меня прослушали. И удивили вердиктом: тебе надо петь. Вот так и началось. И однажды, набравшись смелости, я пришел в филармонию к Ильгаму Шакирову. В советское время вот так, с улицы, прийти к мэтру, заявить о себе, наверное, было верхом нахальства. Но я рискнул. Он послушал меня, улыбнулся, сказал, что возьмет к себе на работу, но я должен знать, что всю жизнь нужно быть в форме.

Габдельфат Сафин: Шоу-бизнес создает соперничество. Но оно оправданно на ринге, на лыжне. Моя жизнь – в песне. Я отказываюсь от выступлений на корпоративах, на свадьбах, каких-то гуляньях. Это не от высокомерия.

– Нельзя пить и курить?

– Не только. Это напутствие оказалось куда глубже по своему смыслу. Это система требований к себе. Ранний подъем, ежедневные физические нагрузки, бассейн, свои ритуалы… И знаете, это огромное удовольствие – понимать, что ты крепкий и здоровый человек, который еще может многое сделать в своей жизни. И я знаю, ради чего выстраивается этот путь. Это мой зритель, которого не могу обмануть…

– Не обижало, когда называли «поющим прорабом»?

– Что, и такое было? Наверное, за спиной говорили? Услышал бы, честное слово, не обиделся. Работа на стройке настоящая, мужская. Этот опыт мне многое дал в жизни. Но, повторюсь, человек обязательно должен заниматься тем, к чему лежит душа. А иначе зачем жить? У меня было немало критиков. Говорили: «Не так поет, нет музыкального образования, его можно и дома послушать, зачем идти на концерты…» Бывали и такие, что возмущались: «Почему народ ходит на его концерты?» Причем писали это газеты, выходящие большим тиражом. Но результат был обратный: эта критика, порой доходящая до злопыхательства, дала силы работать дальше. Если тебя заметили, значит, ты сделал нечто такое, чего не смог сделать другой.

– Я слушала вашу песню на узбекском языке…

– Это был редкий опыт. Как-то знакомый, узбек по национальности, напел мне ее, песня понравилась. Но это была единственная попытка исполнить произведение на другом языке. Все-таки я татарский певец. К примеру, Ренат Ибрагимов или Алсу Сафина могут петь на двух языках. Они выросли и жили в двуязычной среде. Для них это органично, а вот мой репертуар – только на родном языке.

– Одна из ваших первых песен «Ак кулмэгэм» в свое время просто выстрелила. Эта популярность не мешала?

– Если честно, я в том далеком теперь 1993 году даже не подозревал о ее популярности. На радио она не звучала, как-то быстро разошлась по магнитофонам. Конечно, на концертах все время просили ее исполнить. С удовольствием пою ее до сих пор. Но потом были десятки других, которые так же дороги мне. Другой вопрос, что самому артисту нельзя становиться «рабом» одной песни.

– А если ее перепоет кто-то другой?

– Знаете, люди соблазняются красотой песни, берут ее в свой репертуар, но не всегда могут попасть в тот единственно верный тон. Перепевка не всегда получается удачной. Но бывает и наоборот. Песня должна найти своего «хозяина».

– С песнями-то все понятно, но как в вашу жизнь газета вписывается? Ведь вы издатель «Акчарлака», очень, признаюсь, популярного в татарской среде. Это для вас бизнес?

– Газета никогда не была для меня бизнесом. Это не тот круг деятельности, который приносит прибыль. И мы с супругой Рузилей, начиная новое для себя дело, прекрасно понимали это. Другое дело, что, видимо, наши творческие натуры требовали реализации в какой-то новой для себя сфере.

А как все к этому пришло? Мне звонят журналисты, нередко из русскоязычных газет, просят интервью. И я начинаю понимать, что мне тяжелее давать интервью, чем написать ответ. Попробовали. Смотрю, публикуют один в один, даже знаки препинания чаще всего не трогают. Получается, что я могу не просто грамотно излагать свои мысли, но и донести их до читателя так, что ему интересно читать написанное мной? Думаю, почему бы не попробовать себя в журналистике, не издавать газету. Тем более жена – человек творческий, увлеченный, которой тоже это близко. В конце концов, кто учил наших поэтов, вышедших из народа? Это талант, данный свыше. Или он есть, или его нет. Тут мне кажется невозможно научить, можно только с годами отточить свое мастерство.

– И газета, и сцена – серьезная нагрузка.

– Но нам это интересно! Отсюда и наш издательский дом родился, и творческое объединение.

– Вас тяжело вписать в шоу-бизнес.

– У меня своя дорога. И я с нее не сверну. Да, я не человек шоу-бизнеса в том смысле, как это понимают многие. Но мне и не хотелось быть его частью. Шоу-бизнес создает соперничество. Но оно оправданно на ринге, на лыжне. Моя жизнь – в песне. Я отказываюсь от выступлений на корпоративах, на свадьбах, каких-то гуляньях. Это не от высокомерия. Мне уже за пятьдесят, и, как никогда, чувствую ответственность за свои поступки, за свое слово. Волнуюсь перед каждым эфиром, перед каждым выступлением. В свои концерты вкладываю всю душу, но получаю взамен энергию моих зрителей. Мы всегда очень тщательно работаем над новыми программами, надеюсь, зритель дает им добрую оценку. Ведь в каждом случае это диалог с залом, в который вкладываю все свое уважение, всю свою любовь к тем, кто принимает меня и мое творчество…


Яндекс.Метрика free counters